МИФОЛОГИЯ

народов Мира

Шаманское дерево. Часть 1

Шаманское деревоШаманизм - это форма религии, основанная на способности одного или нескольких членов родового сообщества непосредственно контактировать с духами и божествами  верхнего, нижнего и среднего миров. В космологии шаманизма эти миры представляются "нанизанными" на центральную ось, которая может выступать в виде горы, реки и дерева. В пространстве этой оси и лежит путь шамана - либо на небо, либо по местности, либо в преисподнюю. Наиболее емким символом этой связи между мирами, служит дерево, верхушка которого упирается в небо, а корни, извиваясь подобно змеям, достигают самого низа подземелья. По ветвям этого дерева, как по ступенькам, шаман может взобраться в верхний мир, а по полому стволу спуститься в нижний, в котором помимо обитающих там злобным духам болезней и несчастий, находится селение умерших сородичей.


Однако функции этой центральной оси-дерева, наглядно представленные ступеньками-зарубками на шаманских столбах, путешествиями шамана не ограничивались. Дерево служило образом Вселенной шамана, символом, с помощью которого описывалось устройство мира, по которому пролегали его пути-дороги. Ветви этого вселенского древа представлялись усыпанными звездами-птичками, к ветвям же были "подвешены" солнце с луной, своей верхушкой древо упиралось в небесный центр - Полярную звезду, его корни залегали в подземно/подводном мире. В среднем мире, у людей, центром, связывающим небесный и подземный миры, служил очаг шаманского чума, в который, к примеру эвенки, для большей наглядности устанавливали деревцо, выходящее верхушкой в дымовое отверстие.
Первоначально у каждого рода было свое родовое Дерево-Вселенная, на ветвях которого располагались нерожденные души рода в виде птичек, а в корнях - селение умерших сородичей. В камланиях с целью наделения бездетной женщины душой ребенка, шаман отправлялся в верхний мир и похищал эту душу с ветвей родового дерева, а для того, чтобы вызволить душу заболевшего человека у похитившего ее злого духа, или сопроводить душу умершего в стойбище покойников, он проникал в нижний мир под корни дерева.

Впоследствии большинство представлений об этих родовых деревьях слились в образ одного общенародного вселенского дерева либо определенной породы, либо специально не идентифицируемого, однако связь дерева определнной породы с происхождением того или иного рода продолжала сохраняться вплоть до XXв.  Так, хакасы считали, что каждый род имеет родовую душу, которая находится в дереве определенной породы: лиственнице, березе, сосне и др. До недавнего времени каждый хакасский род даже гробы для своих покойников изготовлял из древесины определенной породы деревьев. Но общим для всех хакасов деревом считалась лиственница. Эвены считали, что у каждого рода есть свое родовое дерево, и спускавшиеся с него души вселялись только в женщин своего рода, и т.д. Иногда происхождение целого народа связывалось с определенной породой дерева. Например, по представлениям нивхов они произошли от лиственницы, ороки - от березы, а айны - от ели.

Шаманские посохи, жезлы и трости тоже выступали аналогами вселенского дерева-пути. Жилище кетского шамана всегда можно было узнать по стоящему с передней - противоположной входу - стороны чума "жертвенному дереву" (кокс'окс). Нарисованное на внутренней стороне обечайки бубна дерево выступало символом шаманского чума. Вторым "опознавательным знаком" шаманского жилища и самого шамана был жезл, называвшийся также как деревянный посох - таукс. Он представлял собой несколько перекладин, укрепленных поперек железного стержня. Количество их свидетельствовало о силе и могуществе шамана. На эти перекладины садились собираемые шаманом духи-помощники. Верхняя часть жезла часто имела вид трезубца, но существовало и много других видов. На нижнем конце жезл раздваивался, и эти концы назывались "ногами". Вечером, накануне того дня, когда шаман должен был камлать, он втыкал свой жезл в землю у входа в чум, что давало повод людям шутливо удивляться столь быстро выросшему "шаманскому дереву". После смерти шамана перекладинки от жезла отламывались и раздавались как талисманы, а стержень жезла втыкался в землю близ могилы шамана.

Бурятские шаманы вырезали свои трости из растущей в шаманской роще толстой березы. Такая трость выступала аналогом вселенского дерева - березы (туургэ), у которой проходили моления на родовых тайлганах.  Хозяином посоха выступало одно из тринадцати северных божеств - Хан Хото ноён (якут. хотой - "орел"), считавшийся в бурятской мифологии  первым шаманом.  Верхняя часть посоха имела форму конской головы, и бурятские шаманы использовали в своих камланиях эти трости в качестве ездовых животных, путешествуя на них по мирам.

Сведения о количестве шаманских деревьев, как и о их местонахождении, разнятся. В некоторых традициях считалось, что шаманское дерево растет в верхнем мире, или признавалось существование нескольких шаманских деревьев, растущих в нескольких небесных мирах (кеты, например, считали, что шаманское дерево находится на каждом из небес, кроме двух первых). В других - шаманским признавалось одно из трех деревьев - растущее в среднем мире, в третьих - оно росло в нижнем мире. Во многих традициях подобные представления сливались в образ одного Древа, пронизывающего все три мира. На ветвях этого Дерева-Вселенной сидели в виде птичек души нерожденных детей, причем одна из ветвей была предназначена только для душ-птичек будущих шаманов. Однако наряду с этим существовало представление о том, что души шаманов воспитывались в гнездах на особом дереве. Свои атрибуты для камлания - обод бубна и колотушку - шаман получал из древесины либо общенародного вселенского дерева, либо от своего особого дерева и тогда считалось, что жизнь шамана неразрывно связана с жизнью этого дерева: падало дерево - погибал шаман. Не только при жизни, но и после смерти шаман продолжал сохранять связь с деревом: его тело или останки помещали в ствол или дупло дерева, привязывали к ветвям. Показательно, что когда воздушное погребение, применяемое в древности ко всем членам рода, было заменено под влиянием христианства на подземное, шаманов продолжали хоронить на ветвях дерева или на специальных помостах - арангасах. На рядом стоящие деревья подвешивался бубен с разорванной мембраной, иногда некоторые атрибуты облачения шамана. Такие места люди из страха перед духом умершего шамана обходили стороной.

Страх и почтение внушали также деревья необычного вида - два ствола, растущие из одного корня, деревья необычной формы, искривленные, с ликом, вырезанным на стволе, вихоревые - верхушка которых была образована спутанными ветвями. Такие деревья почитались как священные, а вихоревые так и назывались - "дерево-шаман". Подобные представления существовали, к примеру, у тувинцев-тоджинцев и тофаларов. Они считали, что древесное сообщество наподобие человеческого имеет своих шаманов. Дерево-шаман (хамыяш) отличалось от других деревьев густо сросшейся кроной на вершине. Эту вихоревую "шапку" представляли гнездом птицы-помощника шамана, а иногда - гнездом духа самого шамана, прилетавшего в образе большой птицы. По верованиям тувинцев-тоджинцев деревья-шаманы есть среди кедров, лиственниц, берез и елей. Такое священное дерево через своего духа-хозяина давало человеку дар шаманства. Раз в году, обычно в первый месяц лета, шаман совершал у этого дерева камлание, на котором угощал и благодарил хозяина дерева за помощь и заботу о себе и своих сородичах. Запрещалось ломать ветки или как-то нарушать его целостность. Если дерево погибало, это означало, что дух-хозяин покинул свое пристанище, и одновременно шаман терял свой шаманский дар. В других традициях, как уже сказано, считалось, что за гибелью дерева неминуемо должна последовать смерть самого шамана, поэтому он тщательно скрывал местонахождение дерева, с которым была связана его жизнь.

 

Реклама

Книги