МИФОЛОГИЯ

народов Мира

Береза. Часть 2

Лист березыВ восточнославянской мифологии береза  почиталась  священным деревом, однако в этом почитании на первый план выступала связь с девичеством, а не с образом кормящей матери. И березовый сок скорее соотносился с кровью, вытекающей из пораненного «тела» березки, чем  с молоком. Такому восприятию способствовало изменение через некоторое время  прозрачного цвета сока в красный. «Особенно это заметно на свежем пне: поверхность его покрывается словно светло-розовой пеной». Русские на Алтае вообще считали грехом пить березовый сок, считая,  что, пролившись и окрасившись в красный цвет, он становится кровью. И согласно польскому поверью под одиноко стоящей  березой покоится насильственно убитый человек: если поранить древесину, из нее обильно засочится кровь.

Береза повсеместно ассоциировалась  с представлением о женском образе. В обрядовых приговорах восточных славян при сватовстве береза и дуб выступали как символы невесты и жениха. В свадебных и лирических песнях  девушка всегда сравнивалась с березкой. Украинцы для исцеления девочки носили ее к березе, а мальчика – к дубу. В Полесье с березой связывали опасность возникновения женских болезней, если береза была неосторожно посажена рядом с домом. В белорусских причитаниях умерших братьев называли «зялеными кусточками», а умерших сестер — «белыми бярезами». В некоторых полесских селах при похоронах покрывали тело умершей женщины березовыми ветками, а тело мужчины — ветками тополя.  

 

 

Чуваши тоже ассоциировали березу с женским образом и верили, что если во сне сpубить беpезу - умpет женщина. По мифологическим представлениям удэгейцев "было время, когда люди не умирали, а превращались в деревья: женщины – в березы, мужчины – в тополя".

Пpедание о возникновении гоpода Белозеpска гласит, что на его месте pаньше стояли беpезы, котоpым пpиносились жеpтвы. В 1636 г. нижегородские священники жаловались в своей челобитной, что "собиратся жены и девицы подъ древа, подъ березы, и приносятъ яко жертвы, пироги и каши и яичницы и поклоняс березамъ оучнуть походя песни сатанинские приплетая пети и дланми плескати, и всяко бесятся". Следы представления о березе как исцеляющей, утешающей и обучающей матери, сохранились в русской загадке о березе: "есть деpево: кpик унимает, свет наставляет, больных исцеляет".

Восточные славяне в последний четверг перед Троицей, во время весеннего праздника Семика – седьмого четверга по Пасхе - шли в лес, пели там песни, срубали березу, обряжали ее в женское платье, украшали лентами и лоскутами, несли в дом или в деревню, где чествовали ее,  а  затем топили в реке.  В Егорьев день, 23 апреля, в некоторых областях устраивался обряд, в которых главным действующим лицом выступал убранный листьями и цветами парень. Держа в одной руке факел, а в другой – пирог, он шел в сопровождении поющих девушек, в хлебное поле. «Там  пирог ставили на землю и вокруг кольцом накидывали хворост, поджигали его и водили хоровод».  Смысл этого обряда видится в испрошении солнечного тепла, которое позволит взойти всходам.

Обряд с утоплением березки проводился в конце мая - начале лета. Теперь взошедшим колосьям становились опасными лучи солнца, с каждым днем становившиеся все жгуче. Береза считалась  деревом, хранящим в себе животворящую силу Солнца,  не случайно именно березовые лучины горели в крестьянских избах – они давали больше света. Представляется, что обряд чествования березки с последующим ее утоплением, был призван магическим образом  предотвратить засуху и обеспечить колосящиеся поля спасительной влагой дождей.

Связь березки с водой и плодородием особенно явственно проступает в  мордовском празднике Богини-матери и Богини-Березы. Мордовские девушки тоже «украшали лентами и бусами березовые ветки и устраивали поход к реке, колодцу, к любой, но обязательно воде. На берегу реки лентами, бусами, полотенцами, снятыми со своих принесенных веток, украшали березу, росшую на берегу. Девушка, исполняющая роль жрицы, читала молитву Богине-Матери и Богине-Березе, и затем девушки бросали свои венки в воду, загадывая: "чей поплывет, та быстрее замуж выйдет".  Затем, «девушки, раздевшись, прыгали в воду, хлеща себя вениками». В заключение с березы снимались все украшения и сжигались на костре, на котором готовили еду.

Использованные материалы:

  1. Токарев С.А. Религиозные верования восточнославянских народов XIX - начала XX века;
  2. Этнография восточных славян. Очерки традиционной культуры;
  3. Подмаскин В.В. Духовная культура удэгейцев XIX-XX вв. Историко-этнографические очерки;
  4. Кривошеев Ю.В. Религия восточных славян накануне крещения Руси;
  5. Л. Латынин,  Основные сюжеты русского народного искусства (прялка вышивка игрушка).

Реклама

Книги