В Ирландии из влагоустойчивой ольхи изготовляли разную утварь и, в первую очередь, сосуды для молока.  Отсюда происходит поэтическое название кринки для молока «стерегущая молоко» (сometlachta). Кроме того ольху ценили за то, что «она дает три замечательные краски: красную можно получить из коры, зеленую – из цветов и коричневую – из молодых веточек; эти три цвета символизируют огонь, воду и землю». Известный римский обычай румянить щеки триумфаторов, ведет свое начало от обычая священных королей, связанных с культом ольхи,  красить лица в красный цвет. В словаре X в. ольха называется ro-eim, что переводится как «та, что красит красным лицо». Как уже упоминалось, белая изначально древесина ольхи становится красной, когда дерево срубают, что позволяло ассоциировать ольху с человеком, истекающим кровью.

Красный цвет соотносится не только с цветом крови, но и с огнем, и «в первую очередь ольха – огненное дерево, которое имеет власть защитить землю от воды, и ольховая ветка, благодаря которой Бран был узнан в CâdGoddeu, - это знак воскрешения, ибо почки на ней расположены в виде спирали». В ирландской «Песне лесных деревьев» ольха описана как «самая воинственная колдунья из всех, как дерево – самое горячее в битве. Жечь ольху, так же как иву, тополь и орех,  считалось нечестивым, хотя древесный уголь из ольхи высоко ценился кузнецами и оружейниками. Однако рубка ольхи не поощрялась, а в сельских районах Ирландии «за рубку священной ольхи» можно было «поплатиться сожженным домом».

 

 

Еще одна из причин почитания ольхи – это ее связь с загробным миром. Греческое название ольхи – dēthra соотносится с deio, означающим «я закрываю, я ограничиваю». По мнению Р. Грейвса объяснение кроется в том, что «ольховые рощи словно прятали героя на острове оракула, ибо росли по всему берегу». Так, Гомер в «Одиссее» пишет, что ольхой зарос остров смерти колдуньи-богини Кирки. Там же ольха называется первой из трех деревьев воскрешения (два других тополь и кипарис), которые растут в роще на блаженном острове Огигия вокруг пещеры Калипсо, дочери Атланта. В "Энеиде" Вергилий говорит о том, что сестры солнечного героя Фаэтона превратились в ольховую рощу на берегах реки По, оплакивая своего брата. Бран также связан с западом – стороной смерти и с Западным океаном, что явствует из названия одного из самых западных холмов в Британии – Caer Bran.

Имя Брана (Феарн) соотносится с именем греческого царя Форонея, правителя Пелопоннеса, основавшего Аргос, первоначально носивший его имя. Фороней считался сыном речного бога Инаха, потому, что ольха растет по берегам рек. Его матерью  была нимфа-ясень Мелия (ясень предшествовал ольхе в календаре деревьев), а женой нимфа Кердо, имя которой означает "польза" или "ремесло" и является одним «из эпитетов Деметры принимавшей образ ласки или лисы, которые считались животными-оракулами». Павсаний сообщает, что, по мнению аргивян, дар изобретения огня принадлежит Форонею, а не Прометею. Постоянный огонь, поддерживаемый в храме Аполлона Ликейского перед изображением Битона, несущего на себе быка, аргивяне называли «огнем Форонея». Р. Грейвс объясняет первенство Форонея в освоении огня тем, что «древние кузнецы и гончары отдавали предпочтение углю из ольхи, поскольку от дает больше жару, чем любой другой».  Вспомним, что имя супруги царя означало «ремесло».

Возможно, «Фороней» «был эпитетом Крона, с которым отождествлялись ворона и ольха. Само имя Крона – Cronos  может означать «ворон», как и латинское слово cornix или греческое coron. Ворона считалась вещей птицей, в которую вселялась душа жреца-царя после принесения его в жертву».  Ворон был священной птицей и бриттского Брана. После смерти Форонея власть над Пелопоннесом  была разделена между его сыновьями -  Пеласгом, Иасом и Агенором, что схоже с разделом власти между сыновьями Крона – Зевсом, Прометеем и Гадесом. «Фороней,  таким образом, - заключает Р. Грейвс, - является Fearineus, богом весны, которому ежегодные жертвы приносились на горе Крона в Олимпии во время весеннего равноденствия».  

Использованные материалы:

  1. Р. Грейвс, Белая Богиня:
  2. Гомер, Одиссея, V;
  3. Вергилий, «Энеида»;
  4. Р. Грейвс, Мифы Древней Греции.