Шаманское дерево в мифологии эвенковВ шаманской мифологии эвенков связь между мирами осуществлялась либо по дереву, либо по реке. Однако представления о шаманской реке, связывающей нижний мир с верхним, являются более поздними по сравнению с представлениями о дереве-лестнице. Об этом свидетельствуют археологические данные, по которым все погребения эпохи расцвета материнского рода, ориентированы по солнцу, а ориентация позднепалеолитических захоронениях выдерживается уже строго по реке, что связано с установлением отцовского рода, появлением металла и необычайно высоким развитием рыболовства.

Комплекс верований, связанных с представлением об основополагающей роли дерева в мироздании, характерен для всех тунгусо-маньчжурских народов. Согласно эвенкийским мифологическим представлениям в каждом мире трехчленной вселенной имелось по одному центральному дереву - туру. Становление эвенкийского шамана начиналось в нижнем мире (хэргу буга), у вселенского шаманского дерева, к которому звериный дух-предок шамана харги приводил избранника. Харги преследовал цель своего воплощения в сородиче, избранном им для шаманского служения. Для этого должно было осуществиться превращение человеческой души избранника в звериного духа, который и становился "звериным двойником шамана-человека". Такое превращение происходило с помощью матери-зверя шамана, обитающей у основания дерева. Она уничтожала прежнюю духовную субстанцию, создавая вместо нее новую - звериного духа-двойника, высшую шаманскую душу.



 После обучения и воспитания звериная душа шамана возвращалась в средний мир (дулугу буга), где поселялась в неведомой для людей чужого рода лиственнице и становилась  главным духом-помощником в камланиях. Со смертью шамана она возвращались в нижний мир к шаманскому дереву в ожидании рождения у сородичей ребенка, в которого она могла бы воплотиться. Для начинающего шамана из отщепа той лиственницы, в которой при его жизни находилась его звериная душа, изготовлялась обечайка шаманского бубна. Эвенки, живущие к западу от Лены верили, что если такое дерево падало, то шаман умирал. Основой этого представления, по-видимому, была древняя традиция захоронения тела шамана стоймя в дупле дерева. Одним из значений наименования шаманского дерева - туру - было «опора», «столб», турув-ми – «удержаться (благодаря опоре)», что также соотносилось с представлением о пребывании души шамана в дереве, от которого он получал силу. Поэтому и повреждение дерева могло не только лишить шамана силы, но и стать причиной его гибели. На тесную связь шамана с деревом указывает и общее происхождение терминов мугдэ («комель», «засохший пень»), мугды («душа шамана», «душа шамана-предка») и мугдэннэ (шаманское изображение человека-предка из дерева).

В верхнем мире (угу буга). тоже находилось особое дерево туру. На нем находились облака и небесные светила, а у его основания обитали верховные духи. Во время камлания над больным, отняв похищенную душу заболевшего у злого духа, шаман поднимался к этому дереву и передавал душу на хранение верхним духам. В представлениях о Вселенной (буга) как едином целом, все эти туру образовывали одно вселенское дерево. Считалось, что оно росло на родовой священной горе и верхушкой упиралось "небесную дыру" - Полярную звезду, а корнями врастало в нижний мир. Зооморфные духи – предки шамана мыслились обитающими вместе со звериной матерью-зверем шамана у его основания, а корень этого дерева, осмыслялся как начало рода. Середина ствола маркировала средний мир, обитаемый людьми, а в ветвях дерева пребывали нерожденные души рода. Туда же, в родовое гнездо или хранилище, шаманы помещали на время душу больного, отнятую у похитившего ее злого духа. Поэтому с этим деревом была связана не только жизнь шамана, но и судьба всего рода.

При посвящении человека в шаманы для него устанавливалось туру в виде дерева или его аналога — шеста со ступеньками наподобие лестницы, по которому шаман мог подняться в верхний мир. Маленькие железные лестницы-подвески можно было видеть на костюмах эвенкийских шаманов с Верхней Тунгуски. Кроме лестниц подвешивались и другие предметы, "помогавшие" шаману, как считалось, попасть на небо. В их числе были подвески под названием туру-кан, изображавшие лиственницу. Некоторые из них представляли собой небольшой витой стержень с крючком на верхнем конце и тремя «корнями» на нижнем. Шаман эвенков Подкаменной Тунгуски через несколько лет камлания с бубном удостаивался шаманского нагрудника (хэлми), но даже получив облачение, многие шаманы на маленьких камланиях надевали только нагрудник. Сверху донизу посреди нагрудника проходила вышитая полоса – туру, изображающая дерево ирэкте (лиственница). Дерево имело две пары ответвлений, направленных вниз. Таким образом, орнамент на нагруднике символически объединял три шаманских мира, осмысляясь и как шаманское мировое дерево, и как путь шамана в эти миры.

Использованные материалы:

  1.  А.Ф. Анисимов. Религия эвенков;
  2. А.Ф. Анисимов. Космологические представления народов Севера;
  3. Г.М. Василевич  Эвенки. Историко-этнографические очерки (XVIII-начало XX в.).